edon's Journal
[Most Recent Entries]
[Calendar View]
[Friends]
Below are the 7 most recent journal entries recorded in
edon's LiveJournal:
| Thursday, December 8th, 2005 | | 8:41 am |
Работа
30 ноября - уволился, 1 декабря все еще не устроился. %-) Шучю... Хотя нет. Я на самом деле уволился со своей основной работы (пейджинговая компания) и теперь планирую заниматься только психологией в поликлинике, где я числюсь как социальный работник... В пятницу/субботу/воскресенье пройдет мой первый тренинг по эриксоновскому гипнозу. Тьфу (три раза через плечо) тук (три раза по деревянному столу). p.s. Знакомый пригласил знакомых пройти тренинг по эриксоновскому гипнозу, они сначала согласились, а потои им кто-то сказал, что это религиозная секта и они отказались. :-) | | Wednesday, September 28th, 2005 | | 10:04 pm |
Как-то Эриксон спросил меня (Don Nathanson)
Мы сидели вокруг делая неопределенные обобщения относительно сущности человеческих отношений и хрупкости близких отношений, и Эриксон поворачивается ко мне и говорит: "Что такое друг?". Сейчас любой в мире знает, что такое друг, и конечно, любой из нас мог бы выдать длинную диссертацию в ответ на вопросов учителя. Вопрос Эриксона не был вопросом, но это было рупором сигналящим перед каденцией. "Нет Милтон, я не знаю. Что такое друг?" - ответил я. "Друг это тот, кого ты любишь, кого не пытаешься изменить" - ответил он, таким образом положа в перспективу целую область романтических связей в которой каждый из нас пытался формировать нашего любимого человека чтобы он соответствовал нашей некоторой внутренней модели. Двадцать три года назад он сделал это высказывание и это до сих пор вызывают мою улыбку. Конечено, я никогда не делал ничего, что могло бы как-то рассматриваться как попытка изменить мою жену, дочь или самых близких мне коллег. Безусловно. | | 9:53 pm |
Стивен Ленктон поведал...
Однажды Эриксон сказал мне: Вы можете говорить обо мне все что угодно, но только произносите мое имя правильно! | | 6:44 pm |
Еще одна статья... Еще один вольный перевод статьи Бетти Элис Эриксон. Это мой личный перевод, так что все ошибки на моей совести.Мгновенное изменение.
(Бетти Элис Эриксон)
.
Чтобы попасть во внимание Милтона Эриксона, необходимо было попросить
его обучить. И он учил! Почти каждый, кто проводил с ним время, может
точно вспомнить слова, сказанные им, которые изменили жизнь навсегда.
Даже люди, которые читали его слова, часто замечают, что "его голос
остается с ними".
Мне приятно, что когда я думаю о моем отце, я ясно вспоминаю множество
раз, когда всего несколько слов тотчас меняли меня. В этом случае, папа
и друг семьи, Маргарет Мид, работали совместно. Но хотя события и слова
кристально ясные, я не помню, кто именно что говорил - они превосходно
делали комплименты друг другу.
В середине 70-х, моя семья и я только вернулись из 4-хлетнего
пребывания в Аддис-Абеба, Эфиопия. Я преподавала в частной средней
школе, наше студенческое сообщество представляло собой смесь из разных
рас и культур. Одна треть была военные или служащие государственного
департамента, треть эфиопской национальности и оставшиеся были дети
международного сообщества, включая небольшое число Американцев, чьи
родители были служащими Организации Объединенных Наций.
В первый мой визит домой после возвращения в Штаты, я рассказала папе и
Маргарет Мид о том, что меня действительно беспокоило. В последний мой
год в Эфиопии, один из 15-ти летних американских студентов, Том, имел
большие трудности и я не знала, как ему помочь. Я внимательно наблюдала
за его изменениями в течение школьного года, рассказывала я, меняясь
из несчастливого молодого человека, который сначала имел трудности только в
том, чтобы подружиться, в последствии в подавленного и резкого мальчика, который отказывался от всех социальных контактов. В одной длительной дискуссии со мной, он
по секрету сообщил мне, что его сильно эмоционально оскорбили и что с ним
жестоко обращался другой учитель.
Учитель помогал Тому, и мальчик не хотел порвать с единственным своим
другом. Важно знать, что в Аддисе не было телевиденья, радио, фильмов,
галереи магазинов и других стандартных развлечений. Социальное
взаимодействие и спортивные занятия в школе, фактически единственные развлечения.
Мой отец и доктор Мид слушали меня внимательно, когда я рассказывала о
своем волнение из-за страданий мальчика. Они ответили как команда:
"Почему ты не поведала о поведении учителя родителям мальчика?"
"Я сообщила. Родителям безразлично." - ответила я. Они думали что дружба
будет полезной для их страдающего от одиночества сына - и Том страстно
защищал товарищеские отношения, которые он принимал близко к сердцу.
"Что сказал директор школы?" "Ему безразлично тоже." - отвечала я. Его
установка была - сглаживать ситуации. Том теперь был вовлечен, имел
социальную жизнь и не казался беспокойным. Я доказывала что отношения
были неподходящими и пагубными для Тома. Директор настаивал, что отношения
Тома с учителем не являются проблемой и что Том и его семья довольны
ситуацией.
Папа и доктор Мид начали понимать мои трудности, но подталкивали дальше.
"Были ли там власти, которым ты могла бы сообщить о своем беспокойстве?"
- Нет, Эфиопы находились в разгаре политического беспорядка во всех
отношениях и не беспокоились о возможных проблемах в иностранных
сообществах. Том не был военнослужащим, так что эта дорога была также
закрыта.
Они спросили меня, понимал ли мальчик, что с ним обращались жестоко.
"Неясно, но он не заботился об этом" - сообщила я. Я продолжила, что он
настолько отчаянно стоял за принятие, (может без запятой – принятие друга) друга, любого друга, любого, кто
уделял внимание ему, что не было места для любых других мыслей в его
голове. Мои дети были слишком маленькие, чтобы заполнить этот пробел.
Как то раз я пригласила его пообедать, что было недостаточно, и я могла
лишь только выйти (куда выйти?) и убеждать других подростков стать его другом. Я также
разговаривала с другими учителями о моих переживаниях, но безуспешно.
В конце концов, они спросили: "Ходила ли ты к самому учителю и сказала
ли ты ему: 'Прекратите! Я знаю, что вы делаете. Прекратите!'"
Я этого не делала. "Но он бы не остановился" - сказала я.
Наступила долгая пауза, пока они оба смотрели на меня. "Ну, мы этого
никогда не узнаем, не так ли?" Наша беседа закончилась.
В тот момент я дала клятву, что я никогда больше не буду снова в ситуации
где я бы не попробовала каждую альтернативу. Я никогда не хотела бы услышать
себя - или кого-нибудь еще когда либо говорящего "Ну, мы этого
никогда не узнаем, не так ли?" | | Saturday, September 24th, 2005 | | 10:14 pm |
Статья Эрнеста Росси. (Одного из учеников Милтона Эриксона). Статью я переводил сам, так что совершенно точно там есть ошибки. И поэтой причине я до сих пор колеблюсь в правильности решения выложить ее на всеобщее обозрение. Но я надеюсь, что общую суть можно понять.
И поэтому все претензии ко мне :-) Милтон Х. Эриксон: Энергичная нравственная работа американского мальчика фермера.
(Эрнест Лоуренс Росси)
Мой самый яркий и сильный образ Милтона Эриксона это тот классический Американский мальчик фермер, который, как и следовало, ожидать получал удовольствие от энергичной нравственной работы и от теплых семейных ценностей. Его взгляд на мир, каждодневная занятость, и анекдоты, в течение последних 8 лет его жизни, когда я учился у него, постоянно вращались вокруг существующей эффективности в реальном мире. Даже его случайная болтовня о повседневной жизни и семейных собаках (всегда было несколько собак в доме) неизменно сосредотачивались на том «Как попытаться оказать влияние на безнадежную, по внешнему виду, ситуацию» таким образом, что в конце все срабатывало хорошо и каждый изучал что-то новое из великих ценностей для развития характера и счастья.
Но правда заключается в том, что Милтон и я, в полном смысле этого слова, были друг для друга чуждыми партнерами в начале – он был всегда поглощен мыслями о позитивных конструктивных подходах для практического и профессионального результата. В то время как я постоянно витал в теоретических облаках «Как написать дифференциальное уравнение» для его анекдотических историй болезни реабилитации и выздоровления. Все это поменялось, однако, когда у меня был инсульт два года назад. Теперь я был по-видимому в безнадежной ситуации. Моя речь была невнятной, у меня были большие трудности с глотанием, и все мое тело было слабым и не скоординированным. Я должен был держаться за перила двумя руками, чтобы хоть с риском, но медленно двигаться вверх и вниз по лестнице.
Однажды я заметил, что моя жена морщится от мучения, когда смотрит, как я использую обе мои руки чтобы поднять и передвинуть мою все еще прихрамывающую правую ногу в фургон, чтобы доставить меня на еще одну встречу с терапевтом по реабилитации. Парадоксально, ее мучительное вздрагивание вдруг пробудило во мне ужасное удовлетворение так как я вспомнил аналогичную ситуацию 30 лет назад, когда ситуация была наоборот. В тот раз мое сильное тело легко пересадило Милтона из инвалидного кресла в их семейный автомобиль класса универсал, и отвез его на природу через проселочные дороги, по затерянным тихим дорогом в пустыне вокруг Феникса, чтобы посетить магазины в скалах, которые мы очень любили. В то время, я был единственным кто вздрагивал с беспокойством менее всего, я ранил Эриксона, когда я неумышленно его перевозил или подталкивал.
Эриксон заметил мои вздрагивания с волнениями и попытался убедить меня еще одной историей о его личностных успехах в самореабилитации, координации и сильном телосложении когда боролся с двумя истощающими здоровье приступами полиомиелита. Жизнь фактически это непрерывный процесс реабилитации, объяснял он. Ежедневно когда ты делаешь сознательный выбор работать энергично со своим недостатком предпочтительнее, чем, если жалоба поможет преодолеть препятствие. Эриксон описывал как он использовал пересаживание утром из кровати в инвалидное кресло как благоприятную возможность обнаружить новые структуры координации мускул и укрепления. Это стало практической основой тому, что он описывал как натуралистический или утилизационный подход. Я теперь называю это «Путь симптома к просветлению» в соответствии с чем, созидательное напряжение справляться с симптомами помогает реальному физическому излечению, а так же дальнейшему психологическому развитию. Это был источник моего позитивного отношения к моей собственной реабилитации и, оглядываясь назад, величайший подарок Эриксона мне, даже если я не смог уловить его смысл 30 лет назад. Это также стало сутью моей новой книги «Психобиология экспрессии генов: нейробиология и нейрогенез в гипнозе и искусстве лечения» (The Psychobiology of Gene Expression: Neuroscience and Neurogenesis in Hypnosis and the Healing Arts - W. W. Norton Professional Books) которую я послал по почте моему редактору как раз за два месяца перед моим ударом. Созидательная и жизнерадостная этичная работа Эриксона активно облегчающая выздоровление исследуется в этой книге для элементарных молекулярных механизмов реабилитации через активно-зависимую экспрессию генов и нейрогенез. В нейробиологии сейчас полагают, что облегчающая экспрессия генов и гибкость интеллекта (синаптогенезис и нейрогенезис) в мозгу взрослого человека путем созидательного проигрывания активно-зависимых и высоко мотивированных переживаний является основным механизмом излечения которая делает реабилитацию возможной. | | 9:51 pm |
Сбылось :-)
Ну вот и сбылось. Ровно неделя как я женат. :-)
Ровно неделю назад, 17 сентября я и моя Леночка расписались. :-) | | Saturday, October 2nd, 2004 | | 9:21 pm |
|
|